Кяхта – столица русской чаеторговли

В 1638 г. посольство Василия Старкова привезло в россию 64 кг «каких-то листьев», полученных от монгольского хана в обмен на соболей. Поначалу Старков решил, что его обманули, но вскоре все прояснилось: неведомые листья оказались первоклассным китайским чаем. Распробовав его, сотрудники российского посольства решили преподнести его в дар самому царю Михаилу Федоровичу. Первое московское чаепитие было чрезвычайно торжественным: в нем принимали участие самые знатные лица государства. Новый напиток всем очень понравился.
2016_10_01_04_008
Прошло немного времени, и в торговых рядах на красной площади чай стали продавать в лавках, там же, где и хлеб. Так он стал главным продуктом, импортируемым из китая. вначале стоимость чая была очень высокой, но по мере роста популярности у населения его стали ввозить большими партиями и он заметно подешевел. Значительно увеличившийся объем торговли потребовал присутствия в приграничных российско-китайских районах большого числа торговых агентов.

С конца XVII в. между Россией и Китаем стали регулярно курсировать торговые караваны. Как правило, они состояли из доверенного купца, сопровождаемого правительственным комиссаром, четырех целовальников1, гвардейского офицера и ста казаков военной охраны. Общая численность администрации и охраны казенного каравана достигала 200 человек. Свои товары могли везти только те, кто попал в штат в должности агента, целовальника и т. д. Караваны организовывались один раз в три года, и их движение в одну сторону занимало год. Двигались они по марш-руту, получившему название «Чайный путь»: Москва – Переславль-Залесский – Ярославль – Кострома – Вологда – Великий Устюг – Нижний Новгород – Ирбит – Соликамск – Екатеринбург – Верхотурье – Туринск – Тюмень – Тобольск – Томск – Енисейск –Илимск – Нижнеудинск – Иркутск – Верхнеудинск – Селенгинск – Кяхта – Сайшана – Урга – Эрн-Хото – Калган – Пекин. В период с 1693 по 1762 г. государство отправляло в Китай только казенные торговые караваны.

В 1727 г. выдающимся российским дипломатом Саввой Лукичом Владиславичем-Рагузинским на реке Кяхте была построена деревянная Троицкая крепость, названная так в честь возведенной внутри нее Троицкой церкви с приделом святого Саввы Сербского. За стенами крепости возникло поселение Троицкосавск. В том же 1727 г. между Россией и Китаем были заключены Буринский и Кяхтинский договоры, на долгие годы определившие мирные взаимоотношения между странами-соседями и ставшие судьбоносными для самого поселения. Южнее Троицкой крепости на берегу р. Кяхты (от бурятского «хаягта» – «пырейное место»), где проходил самый короткий путь в Пекин, был заложен торговый форпост. С 1743 г. он стал Кяхтинской торговой слободой – центром русско-китайской торговли. Длительное время именно Кяхта снабжала чаем всю Россию и практически монопольно Западную Европу. Причем в России этот китайский чай называли кяхтинским, a за границей – русским. Не прошло и полувека после получения ею статуса торговой слободы, как в 1792 г. в Кяхту из Иркутска перевели таможню. В 1805 г. Троицкосавск получил статус города. В 1829 г. в нем насчитывалось 542 дома и проживало 4054 человек. Из-за того, что в Кяхту постоянно прибывали богатые торговые караваны, подобные тем, что веками бороздили океаны, город называли Песчаной Венецией, а за процветание – Забалуй-городком.

На протяжении XVIII–XIX вв. Кяхта оставалась центром русской торговли с Китаем. В первой трети XVIII в. чай составлял 1/7 часть от всех закупаемых в Китае товаров, а в 1814 г. – уже 2/3. В 1800 г. в Россию было продано 910 т чая, в 1820 г. – 1638 т. В период с 1831 по 1840 г. Россия в среднем импортировала из Китая каждый год по 2470 т чая, который вышел на первое место среди товаров, провозимых через Кяхту.

В Россию из Китая везли черный, зеленый, цветочный, желтый и так называемый кирпичный чай. Вследствие недостаточно разработанной технологии упаковки и транспортировки чай в пути нередко становился затхлым, однако русские люди со временем к нему привыкли и так полюбили этот напиток, что специфический запах даже приобрел особую ценность среди знатоков. Объемы поставляемого в Россию зеленого чая были невысоки. Но если в другие страны из-за больших объемов потребления нередко завозили низкопробный продукт, то в нашу страну поставлялись только лучшие сорта высшего качества. То же можно сказать и про желтый чай, считавшийся в России изысканным напитком и употреблявшийся преимущественно после обеда. Так называемый кирпичный чай представлял собой низкосортный черный, подразделявшийся на два вида: пекинский черненький (спрессованные в формы высевки) и кирпичный (спрессованные осенние остатки грубых частей чая). Обыкновенный кирпичный чай пользовался спросом на Кавказе и в киргизских степях, где его варили в котлах с добавлением молока, масла, мяса, пшена и соли, благодаря чему он становился очень питательным. А пекинский черненький с удовольствием заваривали в Сибири и Казани, кроша его в чайник
мелкими кусочками.

В Россию чай везли в ящиках, оклеенных снаружи толстой лакированной серой бумагой и оплетенных двумя слоями камыша, между которыми в целях защиты от сырости дополнительно прокладывались бамбуковые листья. Изнутри ящик выкладывали желтой китайской бумагой, плотно закрывая чай. Цветочные чаи перевозили в обитых свинцом ящиках, запаянных со всех сторон и вставленных в описанные выше деревянные конструкции. Такие ящики для чая высших сортов оплетались тройным слоем камыша. Подобные упаковки носили название «цибик», что в переводе с монгольского означало «плетенка».

После покупки чай обычно хранили в деревянных ящиках, обитых изнутри листовым свинцом или оловом. При их изготовлении выбирали материал из недушистых сортов древесины. Поставщики рекомендовали первое время держать в таких емкостях дешевые сорта и лишь спустя некоторое время засыпать в них дорогие. Многие хозяйки использовали мешочки с чаем в качестве аналогов современных саше для белья, помещая их в шкафы и комоды. Однако подобное применение не лучшим образом сказывалось на качестве напитка.

Для приготовления чая использовали хорошо вылуженный самовар, ключевую воду, фарфоровый или фаянсовый чайник. Использование металлических чайников не приветствовалось, поскольку, по мнению специалистов, чай в них быстро «распускался», сразу отдавая всю свою крепость и аромат и вместе с тем приобретая металлический запах.

В 1896 г. в Россию прибыл чрезвычайный посол и канцлер Китайской империи Ли Хунчжан. Итогом его визита стало подписание секретного договора о военном союзе между Россией и Китаем, закрепление позиций нашей страны в Маньчжурии и право на строительство КВЖД. И уже в 1903 г. в результате начала строительства КВЖД Кяхта утратила свое значение главного пункта торговли между двумя странами.

Кяхтинская история имела удивительное продолжение в Москве, в результате чего в самом центре – на Мясницкой улице – появился уникальный чайный магазин, сохранившийся и по сей день.

Основателем и владельцем этого магазина стал Сергей Васильевич Перлов, младший сын знаменитого «чайного короля» Василия Алексеевича Перлова. После смерти в 1869 г. Перлова-старшего чайная империя отошла двум его сыновьям – Семену и Сергею. Фирменный магазин, находившийся на 1-й Мещанской улице, д. 5 (возле Сухаревой башни, в приходе церкви Адриана и Натальи) и марка «Василий Перлов с сыновьями» отошли старшему сыну Семену, а младшему достался дом на Мясницкой, купленный отцом в середине XIX в. В руках Сергея Васильевича, создавшего собственную марку «Сергей Васильевич Перлов и К°», дом превратился в знаменитую китайскую шкатулку».

В 1896 г., после того как стало известно, что в Москву приедет посланник Китайской империи Ли Хунчжан, оживились не только государственные чиновники, но и те, кому визит мог принести выгодные сделки. Заинтересованными в сотрудничестве с китайцами оказались и братья Перловы, традиционно закупавшие товар в Кяхте. Поскольку возможность заключения договора на прямую поставку лучших сортов чая из Китая, минуя кяхтинских посредников, сулила большие прибыли, она стала камнем преткновения между двумя братьями. Именно в этот момент они и постарались максимально эффективно использовать свои предпринимательские навыки. Выбранные ими методы привлечения внимания китайского сановника оказались различными.

Известие о приезде Ли Хунчжана натолкнуло Сергея Перлова на мысль о создании роскошного магазина, интерьеры и фасад которого смогли бы удивить китайского сановника и склонить его к принятию нужного решения. Окрыленный своей задумкой, Перлов просит Карла Гиппиуса создать нечто непревзойденное. В ту пору в русской архитектуре на смену классицизму и эклектике стали приходить новые формы, в частности романтический историзм. Использование таких методов скульптурной выразительности, как двухъярусные пагоды, рельефность, выносные черепичные кровли, колонны, а также кованые ворота, ограда крыши и балконов, создало неповторимый архитектурный образ. Драконы, зонтики, змеи, фонарики – все эти стилизованные китайские элементы полностью преобразили внешнее и внутреннее убранство здания. Необычным для Москвы того времени архитектурным решением были большие витрины. Над каждой находилась стилизованная в китайской манере надпись «Чай, сахар, кофе», а над входом – «Сергей Васильевич Перлов». Залы и витрины первого этажа украшали привезенные из Поднебесной вазы, китайская скульптура, мебель; на полу был разостлан огромный китайский ковер. На втором и третьем этажах располагались контора и жилые помещения хозяина.

Однако Ли Хунчжан предпочел посетить представителей «Василий Перлов с сыновьями» в их магазине на Мещанской. Гостя встретили по-русски гостеприимно: поднесли в дар хлеб-соль на серебряном блюде с гравюрой дома Перловых и красивой резной солонкой. Сам магазин лишь декорировали в китайском стиле и одели персонал в китайские костюмы. Несмотря на то, что затраты младшего Перлова не окупились, его деньги оказались потраченными не зря. Магазин на Мясницкой улице своим видом привлекал так много посетителей и так полюбился москвичам, что Сергей Васильевич не был в убытке.

Примечательно, что к концу XIX в. Перловым принадлежало 88 магазинов в городах не только России, но и Европы. Братья были поставщиками двора Его Импраторского Величества, а также дворов императора Австрийского, короля Румынского, князя Черногорского и великого герцога Нассауского. В Москве они держали 14 магазинов, но до наших дней дожил только дом на Мясницкой.

Уже после смерти хозяев, в феврале 1918 г., уникальное здание приспособили для общественных нужд. На первом этаже оставили магазин «Чай – кофе», присвоив ему статус чайного магазина № 1 в Москве, что приравивало его по уровню к знаменитому Елисеевскому, а также статус исторического памятника. К сожалению, даже эти высокие звания не смогли повлиять на сохранность магазина. Отсутствие ремонта в течение долгих лет подряд привело к тому, что трубы в подвале здания прорвало и весь он был затоплен. Сырость спровоцировала возникновение грибка, стремительно поразившего практически всю постройку. Лепнина падала и разбивалась, роспись также частично пропала. Проведенный впоследствии анализ показал, что в советские годы здание утратило около полутора сотен элементов декора. Лишь в последнее время были проведены реставрационные работы, и чайный магазин вновь засиял своим великолепием, напоминая о примечательных страницах российско-китайской истории.
2016_10_01_04_001
Ли Хунчжан

2016_10_01_04_002
Чайный дом на Мясницкой. Современный интерьер. Фото ТАСС

2016_10_01_04_003
Улица Троицкосавска в 1880-е гг.

2016_10_01_04_004
Цветение чая. Фото О. Курто

2016_10_01_04_005
Цветение чая. Фото О. Курто

2016_10_01_04_006
Гористая местность – родина лучших сортов чая. Китай. Фото О. Курто

2016_10_01_04_007
Чайный дом Перлова в начале XX в.

Ольга Курто, научный сотрудник Института этнологии и антропологии им. Н. Н. Миклухо-Маклая РАН, кандидат исторических наук
Журнал «Живая история» № 7(14) 2016 г.
Источник: http://www.sovrhistory.ru


Понравилась статья? Поделись с друзьями!


Обсуждение закрыто.